nataliagermash: (Default)
Выходя из дома сразу настраиваешься: будет толпа больных, бедных, обделённых естественными радостями и наполненных яростными чувствами из зомбоящика людей старше среднего, - только не отвечать агрессией на агрессию. Сочувствовать, жалеть, иронизировать. В основном помогает и удаётся снимать напряжение, но когда не получается и бывает всё-таки очень обидно. Слишком уж я избалована, четыре года работала в коллективе, где "версаль-версаль", трудно возвращаться в реальность.

Но все словесные и интонационные экзерсисы братьев по несчастью меркнут рядом с той ненавистью, которая сочится из медперсонала. Когда топчешься в очереди перекусавших друг друга сограждан (кстати, ни одного человека с книгой или журналом, даже гаджеты - редкость в силу возрастных особенностей страждущих, и только одна я с вязанием) три часа с больничным на руках, и вот ты перед дверью, но вышло время приёма и медсестра без объявления войны лепит тебе прямо в лицо: "А вы тут не стойте! Мы закончили", - и уплывает по коридору в светлую даль, трудно остаться ироничным.
Позвольте, мне назначено, и я давно пришла, не моя вина, что у вас коллапс!
"А мне какое дело, когда вы пришли."
Логично. Спасибо, что не на ты!
Но доктор сказала, что с больничными всех примет.... - посылаю лучи добра вслед удаляющейся корме. "Ничего не знаю!" - доносится из сияющей коридорной перспективы.
Ок. Я всё равно захожу и доктор принимает, разумеется, высказав мне всё, что накипело за смену, а она ещё и задерживается, видимо, всё-таки по моей вине. Но сначала говорит буквально: "Заходимфамилиюназываем!" Я показываю на дверь - все? Ибо за мной ещё трое. Юмор не прокатывает, намёк на то, что фраза "Не могли бы вы представиться?" является более подходящей к случаю (о вредоносное влияние вражеского языка!) остаётся непонятым.
А на элементарный вопрос (для неё элементарный, не для пациента, который в латыни не шарит), что мол она имеет в виду, произнося по его адресу разные заклинания, отвечает с нажимом и расстановкой после паузы, тяжкого вздоха и тяжёлого взгляда (первый раз за время привёма) в глаза: "Знаете. я здесь. с восьми. утра. и ликбез вести. не намерена."
Но позвольте, пациент имеет право задавать вопросы. Не на постороннюю же тему, а касательно его собственного состояния праздно любопытствует, подлец. Он же, гад, ещё и налоги платит за вот это вот самое медицинское обслуживание.
Ок. Снизошла, объяснила.
Но не факт, что своим взглядом тяжёлым, в который столько было красноречивого, не просверлила в имунной системе пациента какую-нибудь новую дырочку. Да и вернувшаяся из светлых далей медсестра не добавила доброжелательства в общую атмосферу встречи.
А тут ещё докторица из соседнего кабинета пришла: "Вы ещё принимаете?!"
"Да, вот представь!" - снова раздражается моя, поняв, что соседка-то уже свободна, а она - лох - отстаёт в этом соцсоревновании. "А мы только закончили, - откликается гостья, - И прут, и прут! Господи, когда ж они закончатся!"

Алло, робко машу ладошкой, я здесь, сижу между вами и всё слышу. Это я пру и не заканчиваюсь. Спасибо, что не говорите "передохнут", но мы чуткие и понятливые, только не хочется, мы ж сюда не за этим, а ровно наоборот.
За что ж вы нас так ненавидите? - спрашиваю. Вслух спрашиваю. Но они не слышат и продолжают обсуждать этих клятых пациентов, и я чувствую себя, как в кошмарном сне или фильме ужасов, где надо мной вот-вот начнут ставить опыты и удивляться - а что не так? всё правильно, всё в пределах нормы, чем вы недовольны?

Постепенно из беседы мне становится ясно, что причина сегодняшнего коллапса в том, что вчера два доктора как-то внезапно заболели и всем пациентам со вчерашнего дня переназначили на сегодня, не отменив сегодняшних. И мне становится жалко всех сразу - и тех, кто пересобачился в коридоре в битве за своё место в очереди, и особенно этих медработников, у которых за весь день, может, я единственная такое солнышко, тут бы и расслабиться, а они уже и не замечают, потому что ежедневно находятся в густоядовитой, перманентно агрессивной среде, что обязывает к позиции "всех не нажалеешься" и "вас много, а я одна". Профдеформация, что делать. При отсутствии базового воспитания страшная вещь!

Но не всё так плохо. В процедурной есть одна молодая медсестра, которая говорит уколотым бабушкам "потерпи, зайка моя", "не бойся, моя девочка". Они выходят в ностальгических слезах благодарности. Я дважды попадала в её нежные руки. Господи, да не огрубеют они и не очерствеет сердце её. Аминь!
nataliagermash: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] novayagazeta в Если вы считаете нас сумасшедшими и предателями, то зачем за правдой бежите к нам?
— Моего мужа посадили на два года за хищения, а он не виноват, суд не стал разбираться, скажите, куда мне написать, чтобы его выпустили?

— Простите, мы сейчас занимаемся задержанными в честь Дня Конституции, позвоните нам завтра…

— Вы занимаетесь этими сумасшедшими?

Это реальный диалог. Каждый день к нам приходят десятки людей и рассказывают свои истории: как незаконно сажали, как разоряли и отбирали, как не лечили в зоне от туберкулеза, как сажали здоровых к больным, как насиловали и унижали, как сжигали жалобы и письма, не пускали адвокатов и запугивали семью… Но почему же выходят с требованиями соблюдения законов только «сумасшедшие»? Почему не выходит хотя бы половина тех, что приходит нам рассказывать, как попираются их права?

Read more... )

nataliagermash: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] eu_shestakov в Обращение
Друзья!

Я Владимир Мединский, министр культуры РФ. Положение не позволяет вести ЖЖ, поэтому пользуюсь Жениным журналом, что бы донести до вас очень важную, как мне мыслится, мысль. Добровольная бескровная аннексация Крыма привела к тому, что Запад смотрит теперь на Россию как на блудливого медведя, разбившего ларек и уснувшего пьяным в чужих кустах. Пускай. Правды мы не боимся. Но мы опасаемся предателей. А их тысячи среди нас. Юркие пособники приспешников агентов Запада, тряся гландами, надрываются криком в попытках приукрасть у народа завоеванное ему Президентом. Образованные люди - музыканты, артисты, докторы - топчат собственную страну, до тла сгорая в говниле мерзких страстей. Что ж, очень жаль. Как говорится, любая женщина с возрастом превращается в Меркель.

Но я о другом. О том, что только качественная отечественная продукция - вот что спаивает людей в одну нацию. Я имею в виду кино вообще и фильм "28 панфиловцев" в частности. Отстаивая память предков, мы должны противостоять Голливуду в его попытках натянуть на себя одеяло нашей Победы. Те люди и документы, которые говорят, что этот подвиг придуман - пусть им всем будет стыдно. Ведь далеко не все из придуманного не происходило на самом деле. Фильм, который финансировало министерство, будет снят и показан. Сотрудник архива, злоупотребляющий правдой в трудное для страны время, будет снят и наказан. Победа будет за нами!

456

nataliagermash: (Default)
Вчера на уроке тренировалась сдавать listening.
Экзамен-то в принципе, самый простой - Pirson. Но c listening всё начинается и это не даёт возможности справиться с волнением.
В общем, меня на первой же тренировке накрыла такая волна паники, что я просто не узнавала слова, самые обычные.
Это при том, что у меня совершенно железобетонная стрессоустойчивость на работе.
Например.по расписанию - подвиг )Мне нравятся такие ролевые игры.
nataliagermash: (Default)
Кажется вся та грязь, которая всё яростнее бурлит в головах и в интернете (и по ТВ, не сомневаюсь) с весной выплеснулась на улицы, разлилась по всему городу и хватает людей за ноги, карабкается вверх по одежде, чтобы добраться до лица, залезть в рот, в глаза и уши.

грустно и хочется поныть )
nataliagermash: (Default)
Я уже как-то писала про ситуацию в семье моей подруги.
Украинцы лет двадцать живущие в России, российские граждане. Милка моя, Милкин муж - крымнашевец, Милкина мама из под Краснодона, Милкина сестра 17 лет с семьёй в Америке, Милкина тётя из под того же Краснодона - беженка в Харьков. Горючая смесь, короче.

Маме Милкиной ещё несколько лет назад была куплена квартира в Волгограде в одном доме с детьми, но жить в ней она отказывалась, ибо под Краснодоном было подешевле и попривычнее. Однако в гости наведывалась часто.

В сентябре она приезхала в последний раз, с целью переждать события.
- Как же мама квартиру оставила? -спрашивала я у Милкиного мужа, - Разорят же!
- Ну ничего,- философски отвечал Милкин муж, - потом же будут компенсации.
- От кого? - уточняла я, стараясь скрыть язвительность.
Ответ на полном серьёзе: - От России.
Ок. не будем спорить.
- А почему она статус беженки принять не хочет?
- А зачем? Это ж ненадолго.
Ок. Не будем спорить.

Не дождавшись окончания событий, мама в октябре уехала под Краснодон. Преданный зять отвёз её на машине до границы.
За пенсией мама ездила в Харьков. Логично, чо!
На выборах стояла в очереди на улице 4 часа. Спрашивается, за каким ради чего?

Милка, уставшая от маминой слепой и агрессивной веры, ни от чего её не отговаривала, ни о чём не просила, ограничивалась только принятием фактической информации.

И вдруг! какая чудесная новость!
Мама приехала и поселилась в своей давно купленной квартире, куда до этого даже не входила.
И возвращаться под Краснодон не собирается.
- Что, на совсем? - спрашиваю я Милку.
- Насовсем.
- Поняла что-нибудь?
- Не знаю, - говорит Милка, - молчит пока.

Это хорошо, что молчит. Есть надежда, что думает.

Хотя для меня её переезд - плохая новость. У мамы той такой несносный характер. В гости к Милке теперь вот так запросто не поедешь.
nataliagermash: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] ludmilapsyholog в Я не хочу
Я много писала всякого глобального, и еще потом буду. Но сегодня хочу написать очень личное.

Вчера вечером, после безумных новостей, мы были на концерте у Вероники Кожухаровой, и все воспринималось, конечно, через призму. Казалось, что ее саксофон невозможный, выпевая нежные и горькие звуки "Адажио", оплакивает всех, кто еще жив, но, возможно, уже обречен. Потому что война не бывает без жертв. А "жертвы среди русского населения" уже обещаны, а значит, должны быть предъявлены.
Что они делают сейчас, эти будущие жертвы? Может, чай пьют. Может, телевизор смотрят и кивают: правильно все, нужно уважать себя заставить. Может, боятся и мечтают, чтобы их оставили в покое. Я не знаю.
На выходе раздавали афиши будущих концертов, через две недели запланирован Моцарт, "Реквием". И сразу мысль: через две недели может уже быть, по кому.

Я не хочу всего этого. Не только из общегуманных и идейных, а из самых что ни на есть эгоистичных соображений - не хочу.

Я не хочу бояться повестки из военкомата для сына. Я не хочу его провожать ни на какую, даже самую маленькую и охренительно победоносную войну. Я не хочу, чтобы он стрелял, и чтобы в него стреляли.

Я не хочу непроходимой границы с Украиной, у меня там много друзей и работа, я люблю Киев и Феодосию, люблю Днепропетровск, а во Львове еще не была и очень хочу. Мы приглашаем украинских тренеров, они прекрасны и очень здесь нужны, я не хочу, чтобы это стало проблемой.

Я не хочу всего того, что начнется с экономикой страны после ведения санкций, а их введут без вариантов сразу же за введением войск: скачущей инфляции, пропажи сбережений, роста тарифов, невозможности нормально зарабатывать, опять выживания, только возраст сейчас уже не тот, и все будет не так легко и весело, как было в 90-е. Это если даже не думать о перспективе, не дай Господи, серьезной болезни и дорогого лечения.

Я не хочу крушения всех планов, у меня столько планов! ИРСУ только начал становиться на ноги, у нас такое расписание на полгода вперед интересное, такие программы, у нас супервостребованная ШПР, и вообще.
У меня столько книжек стоит в кэше - написать, издать, столько предложений, столько идей. Я не хочу, чтобы все это стало ненужным, невостребованным, неуместным в атмосфере военного времени и в последующем кризисе.

Я не хочу, чтобы сирот снова стало больше из-за того, что семьи перестанут справляться с жизнью. Я не хочу, чтобы про защиту детей забыли -- ведь это такая мелочь по сравнению с геополитическими играми. Я не хочу, чтобы российские родители  опять были вынуждены перестать думать о своих отношениях с детьми и начали думать только об их выживании.

Я не хочу утраты даже немногих оставшихся свобод, не хочу роста полицейщины и правового беспредела, которые всегда сопровождают любую войну, даже правую, что уж говорить о неправой. Не хочу посадок и скорых судов, не хочу распоясавшихся нашистов-хунвейбинов-титушек-казаков, которые под черно-оранжевыми флагами будут безнаказанно проламывать черепа "изменникам Родины". Я не хочу бояться, что за каждое недостаточно "патриотичное"  слово меня могут "судить по законам военного времени" по наводке любого истеричного патриота.

Я не хочу железного занавеса с Европой, не хочу отмены виз, которая в случае разворачивания конфликта коснется не только чиновников и политиков, а всех нас. Я только года два как начала активно ездить, я не была в Париже, Вене, Берлине, Лондоне, и я не хочу, чтобы все это снова стало недосягаемым, как в моем детстве из-за совка, а в молодости -- из-за бедности.

Я не хочу оказаться гражданином страны, которую ненавидят и презирают в мире, страны, которая спустила ради имперских понтов все, чем было щедро одарена от Бога, которая дискредитировала свою культуру -- великую культуру -- и свой язык -- прекрасный язык, подобно тому, как свои культуру и язык в свое время дискредитировала Германия.

Я не хочу жить в ближайшие годы в атмосфере ненависти, оголтелой пропаганды из каждого утюга, не хочу терять друзей "из-за политики", не хочу каждый раз подбирать слова в ответ на вопросы детей: "Они что, совсем уже?" и "А что же теперь будет?".

Я ничем,  буквально ничем из того, что мне дорого и важно, не хочу жертвовать ради "национальной гордости великороссов", Третьей империи и прочего безумия воров, метящих в кровопийцы, и их верноподданных.

Я не хочу, чтобы эта несчастная страна получила новую травму, пережила новое крушение, на ней уже места нет живого, а ресурс восстановления и исцеления не бесконечен. Боюсь, она просто не переживет еще одной авнтюры и еще одного краха.

И как бы ни бесили меня некоторые мои сограждане с их идиотской неспособностью увидеть хоть на шаг вперед, сложить два и два, с их всегдашней готовностью обмануться и отдать отвественность за свою жихнь, с их трусливой злобой ко всему живому и свободному, я не хочу, чтобы они страдали еще, я не хочу, чтобы они полной ложкой хлебали теперь эту "стабильность" и "вставание с колен". Они заслуживают, я знаю, и мы вместе с ними, раз ничего не смогли сделать, чтобы предотвратить, но я не хочу.

С Украиной все будет хорошо, я уверена, им провели такой мощный тренинг командообразования, что они справятся со всем, все переживут и построят свою страну такой, какой сами захотят.

А вот что будет с нами...
Я НЕ ХОЧУ.

 

Profile

nataliagermash: (Default)
Natalia Germash

July 2017

S M T W T F S
      1
23456 78
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 19th, 2017 08:39 pm
Powered by Dreamwidth Studios